Борис Волынов: В 1963 году мы готовились к полету на корабле «Восток-5» вместе с Валерием Быковским. Одиночный полет. Приезжаем на космодром. Окончательное решение за госкомиссией: Быковский — основной, я — дублирующий. Разместились в «гагаринском домике»: две кровати, датчики. Покажут, что плохо спал — в полет не пошлют ни в коем случае. И вдруг заходит Сергей Павлович Королев. Спрашивает: «Вы не знаете, что сейчас будет? Последний технологический пуск почти такого же ракетоносителя, как у вас завтра». Говорим: «Мы же должны посмотреть!». — «Нет. Никаких нарушений режима». Но время запуска назвал: около 23.00. Конечно, мы ждем. Смотрим: черное-черное небо Байконура, и вдруг всполох. Грохот. Стартует ракета, быстро набирает скорость. Восхищаемся: хорошо идет! И тут как бабахнуло, «боковушки» (боковые блоки. — Ред.) в клочья… И все полетело вниз. Представляете наше состояние? Часа через полтора — опять Королев. Бледный, еще более сутулый. Но предельно собранный. «Видели? Ну и как?». «Авария есть авария» — отвечаем. «То, что авария, вы правильно поняли. Но завтра будет все нормально. Будет старт по плану. Отбой». И мы спали!